[BlackCherry]

4 курс, медицинский институт, цикл по акушерству, три недели изучали теорию, и наконец-то в первый раз студентов повели на роды. Группа у нас женская, все в предвкушении.#

Получаса просмотра оказалось более чем достаточным. Выходим из родзала в коридор, все в напряжённом молчании, и тут одна выдает: "Да ну нахрен, лучше кошку".

[BlackCherry]

Дочь, как и все дети, обучается дистанционно. Уроки идут по всем предметам, больше всего меня порадовала учитель труда. Она задала детям постирать, погладить, убраться в комнате, приготовить обед и прислать видеоотчёт.

[BlackCherry]

Осенью мы расстались. Рита меня бросила.
И я ушел. Мне хотелось завыть. Хотелось как-то страшно ей отомстить. И дико хотелось снова затащить ее на ночь. Столько эмоций в голове юного дурака.
Теперь прошло 30 лет. Боже мой, тридцать лет. Передо мной сидела располневшая Рита, кассирша Рита в «Пятерочке»….
«Пятерочка», касса. Выкладываю свой кефир с ветчиной и сигаретами.

Кассирша быстро здоровается, не глядя на меня, пробивает: «Это всё?». И откидывает крашеную челку. Какой знакомый жест. Но я бы так и ушел, если бы не взглянул на бэджик, что у всех кассирш на груди. Маргарита Аверина.

– Рита, ты?
Она, наконец, поднимает глаза на меня:
– Да… А что?… Господи! Лёша?
– Ага, я. Не ожидал тебя встретить вот так.
…Лето 1988 года. Мы с Риткой идем по Москве, воскресенье. Она в черной-мини юбке, худая, со взбитыми и запечатанными лаком волосами, в ушах огромные пластмассовые серьги, гремят. Она болтает про аэробику.

У Ритки красивые ноги, чуть развязная походка и вечная легкая усмешка. Она словно от меня ускользает, а я пытаюсь ее поймать. Ритка дико сексуальна, мужчины вокруг оборачиваются. А я и горжусь, что со мной такая девчонка, и злюсь, потому что она даже не позволяет себя обнять.

Я рассказываю ей, что мечтаю стать журналистом, Рита усмехается:

– По-моему, это скучно. Я вот буду певицей. Это точно.

Нам по двадцать лет. Рита заканчивает музыкальное училище, фортепьяно. Но сейчас лето, занятий нет, поэтому у нее длинные ногти, с алым лаком. Эти руки и эти ногти тоже сводят меня с ума.

Рита строго говорит:

– Я хочу есть! Вон кафе!

У меня в кармане всего лишь червонец. Я собирался жить на него неделю, мама оставила перед отъездом. А это кафе стоит черт знает сколько, кажется, оно кооперативное, разориться. Но делаю беспечное лицо: конечно, пошли! Сам думаю: лишь бы хватило червонца, лишь бы хватило…
В кафе Рита заказала пиццу и шампанского. Мы выпили, мне уже было все равно, лишь бы увезти отсюда Риту к себе домой, на ночь. Но тут заиграла группа «Мираж».

Рита вскочила и начала танцевать под нее одна, буйно и страстно. Все толстяки вокруг уставились на Риту, забыв про водку-закуску. А Рита еще подпевала: «Музыка наааас связала, тайною нааашей стала…». Кажется, она чувствовала себя звездой.
Денег мне чуть не хватило, но Рита небрежно бросила рубль на стол:
– Ладно, гуляем! Ну что дальше?
И мы отправились ко мне. Кажется, это была самая долгая и самая лучшая ночь в моей жизни. Превосходная аэробика для двоих. «Музыка нас связала, тайною нашей стала» – звенело в моей счастливой хмельной голове.

А через три месяца, осенью, мы расстались. Рита меня бросала:

– Слушай, я встретила парня, очень классного, извини. И еще он сказал, что познакомит меня с нужным человеком на студии звукозаписи. Я хочу записать альбом, я даже придумала название – «Мое счастье».

– Дурацкое название, – ответил я.

И ушел. Мне хотелось завыть. Хотелось как-то страшно ей отомстить. И дико хотелось снова затащить ее на ночь. Столько эмоций в голове юного дурака.

Теперь прошло тридцать лет. Боже мой, тридцать лет. Передо мной сидела располневшая Рита, кассирша Рита в «Пятерочке».

– Помнится, ты хотела стать певицей? – улыбнулся я.

Рита нервно усмехнулась:

– Все мы чего-то хотели… Но я знаю, что ты стал журналистом. Иногда я тебя читаю, ты молодец.

Я вышел из магазина. Я думал о Ритке. Что ж, можно сказать, я отомстил, пусть спустя тридцать лет. Я даже намеренно не взял сдачи. Как ни смешно, там были именно десять рублей. Монеткой.

Только нынче они уже совсем не те десять рублей, не покутить в кафе с советским шампанским. Музыка заглохла, Ритка стала толстой, ее жизнь завершается на кассе, под аккомпанемент штрих-кода. Тоска.

А спустя пару дней я зашел в ту же «Пятерочку». Честно говоря, бываю там редко, но зашел. С непонятной целью.

Она снова была там. Увидела меня, обрадовалась:

– Ты ведь куришь? Пойдем! Я попрошу Наилю посидеть на кассе.

Рита накинула куртку, мы закурили. Рита сказала:

– Слушай, я была дурой тогда, извини…

– Рит, это сейчас не имеет никакого значения. Тридцать лет прошло. У меня третий брак, у меня трое детей.

И Ритка усмехнулась – как тогда:

– Я вдруг поняла. Ты же меня жалеешь, да? Думаешь – вот несчастная тетка, мечтала стать звездой, а теперь на кассе, взвешивает картоху.

– Ну, не то, чтобы…

– Я вижу. Жалеешь. Помнишь, я хотела назвать альбом «Мое счастье»? Понимаешь, это не глупость. Я бы и сейчас так назвала. Просто наше счастье очень сильно меняется, представления о нем. Уже двадцать пять лет я замужем за очень хорошим человеком, Димкой. Да, он простой, у него совсем нет музыкального слуха, он храпит по ночам. Но он классный автомеханик, он сложил печь на нашей даче, он вообще умеет все. У нас взрослая дочка, красавица. Ей уже двадцать два – прикинь, больше, чем мне тогда. Учится на юриста, такая вся деловая, совсем не как я. Она замужем, и у нас внучка, тоже Рита, ей полтора года. И я очень счастливая бабушка. У меня классно сложилась жизнь. А работа кассиршей? Я могла бы и не работать, у мужа нормальные деньги. Но почему не подработать, пока внучка в саду? Я же общительная, ты знаешь. Ну ладно, мне бежать.

– Ритка, – наконец сказал я. – А ведь ты права, чертовски права. И я совсем тебя не жалею. Беги, рад был тебя видеть.

Уже стоя в зеленых дверях, она вдруг обернулась:

– Кстати, а певицей я всё-таки стала! Я пою моей внучке, той очень нравится. Так что я звезда. Настоящая звезда для внучки.

[BlackCherry]

Мало того, что нас держат за дураков, так еще и на коротком поводке.

[BlackCherry]

19 апреля, хроника дня.

Заболело - 5996
Выздоровело - 219
Умерло - 48
Воскрес - 1

[BlackCherry]

Аварийка. Вызов около девяти вечера - деревянный двухэтажный дом, на площадке запах гари, нет электричества в одной квартире.

Квартир всего восемь, по четыре на площадке, вызов из пятой.

Приезжаю. Встречает женщина лет тридцати, утомлённая с заживающим синяком на лице. С некоторым удивлением смотрит на мой внешний вид - я в чёрной маске и пластиковых очках. Объясняет проблему. Всё стандартно - запах горелой проводки начался днём, но никто не обращал внимания, пока свет в её квартире не заморгал и не вырубился совсем.

Залезаю на свою стремянку в три ступеньки, осматриваю распределительную коробку на площадке: всё ясно - одно соединение сгорело, два других горят, светясь ярким красным светом.

Принимаю решение - поменять сжимы, для чего мне требуется отключить электроэнергию на весь подъезд. Я стучусь во все двери второго этажа и неспешно иду на первый, по пути говорю выглянувшим из квартир людям про аварию.

Тоже самое делаю на первом этаже, но если на втором на стук открыли три квартиры, то тут приоткрылась всего одна дверь.

Ладно, приготовления завершены, я дёргаю рубильник (при этом коммунальное освещение остаётся гореть, будучи, видимо, запитанным до вводных предохранителей) и встаю на стремянку.

Снизу раздаётся шум распахиваемой квартирной двери и полупьяный женский крик:

- Мать вашу, что за херня? Охренели? Руки поотрываю вам. Суки, блин!

Вижу голову существа женского пола неопределённого возраста на лестнице между вторым и первым этажами и говорю стандартную фразу про аварию и полчаса.

На оскорбления не реагирую. Настроения ругаться нету, хочется сделать всё поскорее и свалить уже на базу. Эта ханыжка жаждет свары, распаляя пожар ненависти и злобы, но без моих дров огонь ругани не разгорается и она продолжая бормотать что то гадкое, начинает спускаться вниз.

Я вырезаю обугленные сжимы, и вроде всё хорошо, но внезапно на площадку вываливает вызвавшая меня женщина. Она видимо слышала ругань соседки снизу, потому что сходу орёт, перегнувшись через перила:

- Ты дура тупая, тебе ж сказали - авария! Какого хера ты выползла вообще?

Пьяница снизу радостно возвращается на свою позицию, дико матерясь и на ходу придумывая оскорбления.

Меня, впрочем, это заботит мало - я увлёкся работой.

Через пару минут криков из восьмой квартиры выходит мужик с широкими плечами и интеллигентными очками. Он кричит через перила:

- Да ты чего орёшь то, а? У тебя долгов как блох на собаке, ты вообще не должна со светом жить, ясно?

Снизу, внезапно, мужской молодой голос:

- Кто там закукарекал? Карасёв, ты что ли? Тебе, падла, какая разница что мы платим и какие долги, а?

Голос злой, неистовый. Краем глаза вижу как мужик в очках вздрагивает и отступает назад. Он ловит мой взгляд и жмёт плечами: "Опускаться до их уровня не буду...", после чего скрывается в квартире.

Ругань продолжается, вдруг слышу взвизг женщины, что меня вызвала и какие то шлепки, мне на руки брызжет какая то жидкость.

Поворачиваюсь - пьяница с первого этажа стоит на первых ступенях с пакетом мусора в руках, достаёт оттуда всякую фигню и закидывает на второй этаж. В нас с заявительницей летит гнилой картофель, дряблые огурцы и мятые пачки сигарет.

Кричу, чтобы немедленно прекратили, что сейчас просто уеду и оставлю всех без электричества.

Наступает пауза. Пьяница стоит с рукой в пакете, переваривая услышанное.

А вот женщина с синяком действует стремительно. Она вбегает в свою квартиру и появляется с большой кастрюлей из которой идёт пар. С криком: "Нанакуй!" одним махом выплёскивает содержимое вниз, на свою противницу.

Я не повар, но наверное это заготовка для супа, потому что вниз вместе с кипятком летят какие то овощи.

Оружие, видимо, находит цель, потому что снизу раздаётся дикий визг напополам с таким матом, что даже моряки бы покраснели. Женщина с синяком победно тащит кастрюлю назад. Она довольна.

Чувствую себя словно в глупой старой комедии.

Снизу шум распахиваемой квартирной двери и быстрый топот наверх. По лестнице стремительно несётся мужик чуть старше тридцати со злобным лицом, абсолютно лысый и татуировкой в виде паутины на голове. В руках у него топор. Он ничего не кричит, и от этого почему то ещё страшнее.

Женщина бросает в него кастрюлю и скрывается в квартире, защёлкнув замок. Мужик несколько секунд путается в кухонной утвари и поэтому не успевает.

Он злобно смотрит сквозь меня, потом внезапно аккуратно стучит в дверь пятой квартиры:

- Людок, слышь...Выйди ка на минутку...

Ну я не знаю, надо не иметь мозга, чтобы после всего случившегося взять и открыть дверь. Хозяйка считает так же, потому что просто материт мужика не открывая.

Тот снова деликатно стучит согнутым пальцем:

- Люда, слышь... Я сейчас дверь вскрою. Я тебя выковыряю, слышь? Выйди по хорошему, Людк.

Он нервно жмёт топор пару секунд, после чего внезапно и резко орёт во весь голос: "Сукааааа-а-а-а!" и бьёт лезвием в дверь.

Дверь железная, сделана недорогим методом - просто металлический лист, крашенный краской. Даже без ручки и глазка. Топор отлетает от неё, оставляя длинные царапины, что на её прочности не сказывается совершенно.

Я спрыгиваю со стремянки. Работу не закончил, но инстинкт самосохранения гонит меня прочь.

Снизу бегут люди - кудрявая пьяная женщина лет тридцати с опухшим лицом и старый дед с костылём. Они заполняют собой лестничную площадку - пройти я не могу.

К тому же хмырь с топором, тяжело дыша, поворачивается и говорит совершенно спокойно:

- Извини, ты делай, делай. Тебя это не касается, друг. Не обращай внимание. Сам понимаешь - суббота, конец недели...

Мне не хочется говорить ему, что сегодня четверг, да и вряд ли эта информация что то изменит...

Дед с костылём перегораживает проход, а кудрявая выхватывает топор из рук мужика, говорит: "Ты куда бьёшь то? Смотри как надо", и начинает кромсать стену рядом с дверью, примерно на уровне замочной скважины. Наверное хочет разрубить двадцатисантиметровый брус из которого сложен дом. Других предположений нет.

Мужик кивает, берёт у неё топор и начинает насиловать стену звучно хыкая при каждом ударе.

Пытаюсь пройти деда, как внезапно снизу появляются ещё персонажи. Это два мужика, весьма здоровые, в больших чёрных масках (коронавирус же), один просто лохматый, второй в чёрной бейсболке.

У лохматого в руках пистолет Макарова. Дуло направлено в нашу сторону. К сожалению не будучи специалистом не могу на глаз определить боеспособность оружия. Травмат ли это, охолощённая копия или вообще игрушка, но проверять его действие на себе не хочется.

Вооружённые стоят на первых ступенях второго лестничного марша, не поднимаясь. Лохматый громко свистит:

- Фиииу, эй, Козырь, ты чего до бабы докопался?

Мужик с топором оборачивается, морщит глаза и вытирает рукавом лицо:

- Антоша, ты что ли?

Лохматый крутит дулом пистолета:

- Я, Саш, я. Ты скажи мне, Козырев, ты накой хрен к Людке ломишься? Тебе своих баб мало?

Вместо Козырева отвечает кудрявая:

- А тебя, Антоша, давно ли стала эта швабра интересовать?

- Не зли меня, жаба, - нервно отвечает Антоша, - Я шмальну ведь, ты ж знаешь, что шмальну...

В бейсболке медленно вытаскивает руку из кармана, в ней тоже зажат пистолет Макарова. Он картинно передёргивает затвор.

Я вижу как Козырев то сжимает, то разжимает руку, держащую топор:

- Антоша, а правда, ты какого тут? Ты с Людкой что ли?

Антоша сдержанно кивает:

- С Людой, Саша, да. Теперь с ней. Так что давай, ты топорик вот сюда скинешь, мы выйдем из дома и поговорим. Нормально поговорим, ты понимаешь?

В воздухе повисает прямо тарантиновская пауза, учитывая такие шикарные диалоги...

Козырев красиво втыкает топорик в стену и показательно неторопливо идёт вниз. Ребята прячут пистолеты и здороваются с ним за руку, отчего у меня возникает когнитивный диссонанс, после вся троица скрывается из глаз, и судя по звукам выходит из дома на улицу.

Я заканчиваю работу - ставлю сжимы, изолирую провода. Кудрявая стучит в дверь пятой квартиры:

- Людк, ну ты и падла, слышь?

В ответ молчание. Очень громко сопит дед на костыле.

Под этот аккомпанемент я завершаю ремонт и дёргаю рубильник. Кудрявая идёт вниз проверять появление электроэнергии, я собираю инструменты.

Дед внезапно хватает меня за локоть:

- Я в тебя до конца верил, ты мне сразу понравился, - сообщает мне он. Я кисло улыбаюсь.

На улице никого нет. Куда делась эта гоп компания - не известно. Сажусь в машину. Водитель Александр нервно заводит двигатель:

- Чего ты так долго?

- Да так... Проблемки небольшие были... Поехали уже отсюда!

[BlackCherry]

Городское хозяйство - это просто: Если есть ограждение вокруг газона - его надо снять, если нет - поставить.

[BlackCherry]

Внимание!
В фильме содержатся сцены рукопожатий, прикосновений к лицу и пребывания на улице без уважительной причины

[BlackCherry]

Карантин в Нигерии.

На сегодняшний день от коронавируса умерло 13 человек.
Полиция застрелила 18 нарушителей карантина.

[BlackCherry]

Чёрные пятна на биографии, лучше всего прикрываются орденами и медальками.

[BlackCherry]

С обезоруживающей гордостью министр энергетики сообщил: "Несмотря на то, что цены на нефть рухнули вниз, нам удалось энергичными своевременными усилиями не позволить упасть ценам на бензин".

[BlackCherry]

Чем дальше власть от народа, тем больше прав у полиции против народа.

[BlackCherry]

Сегодня прошел месяц в самоизоляции.

7 км в день пешком, без мяса, молочного и мучного. Ем свежие овощи, фрукты и готовлю дома каждый день. Пью два литра чистой воды ежедневно.

Перемены просто потрясающие!! Чувствую себя прекрасно! Ноль алкоголя. Здоровая безглютеновая диета без кофеина и часовая домашняя тренировка, занимаюсь йогой каждый день. Научился медитировать!

Сбросил 9 кг и увеличил мышечную массу. Осваиваю новую профессию удаленно! Осваиваю второй иностранный язык.#

P.S. Понятия не имею, кто это написал, но я так горжусь этим человеком, что решил скопировать и выложить.

[BlackCherry]

Какие новогодние желания загадывали 31 декабря 2019:
Грета Тунберг: «чтобы самолеты не летали и дети перестали ходить в школу не только по пятницам а вообще»
Российские олимпийцы: «если нас не пустят на олимпиаду в Токио так пусть и никто туда не поедет»
Лукашенко: «чтобы продавцы нефти начали доплачивать покупателям за нефть»
Собачки: «чтобы хозяева сами себе надели намордники и упрашивали нас пойти погулять»
Милиционеры: «что бы можно было кого угодно останавливать для проверки документов и выписки штрафов»
Учителя: «чтобы в школу можно было не ходить, а зарплату все равно получать»
Невыездные за границу: «раз уж нам нельзя - так пусть и никого не пускают!»
Жены: «чтобы отменили все эти спортивные матчи и закрыли бары!»

[BlackCherry]

Несколько зим назад одно замечательное охотничье хозяйство, затерянное между Новгородом, Рыбинском и Москвой, завершило ремонт домиков для приёма гостей в осенний сезон. На открытие сезона пообещал приехать из столицы большой охотник охоты на кабана, а по совместительству, как сказал бы Гоголь, Значительное Лицо.

Открытие – само по себе волнительное событие, а уж если приезжает влиятельный гость, вдалеке от столицы и вовсе начинается переполох. За день до приезда дорогого гостя директор охотхозяйства не находил себе места: сперва он заставил егерей повесить на домик администрации баннер «Добро пожаловать!», затем лично сделал каждому сотруднику внушение, что при столичных гостях нельзя нецензурно выражаться и курить «Беломор». В конце дня он вдруг вызвал к себе повара и нескольких егерей, у которых были дочери. Те пришли в кабинет директора и нашли его бегающим по кабинету.
- Нам нужна хлеб-соль! – набросился он на повара. – Чтобы завтра, когда приедут гости, была хлеб-соль! Тверской пирог!
- Такого пирога нет, есть тверская кулебяка, - сказал повар.
- Какая разница?! – замахал руками директор. – Мы в Тверской области, любой пирог здесь будет тверской! И чтобы был большой и вкусный. Выйдет пресный – полью горчицей, привяжу тебя к стулу и буду заталкивать в рот. Пока весь не влезет!
Повар убежал готовить тверской пирог.
- Теперь вы! – директор обратился к егерям. – Привести дочерей.
- Зачем? – испуганно спросили егери.
- Я что ли сарафан с кокошником надену и буду хлеб-соль давать? Нужны три девушки. И чтоб завтра все три волосы тщательно помыли да в косы заплели.
Егери ретировались и через полчаса вернулись с дочерями. Директор посмотрел на них и схватился за голову:
- Кривуля на кривуле! Ну вот эта, высокая, ещё ничего, если не присматриваться. А где дочь Михалыча? У него ж красивая дочь, я точно помню.
- У дочери Михалыча зубы плохие. Совсем плохие, начальник.
- Что значит «плохие»? Приведите её ко мне, сам посмотрю.
Вскоре привели дочь Михалыча.
- Улыбнись, красавица, - попросил директор.
Дочь Михалыча широко улыбнулась.
- Мать честная! – ахнул директор. – Закрой рот. Закрой рот немедленно. Теперь слушай. Завтра, когда приедут важные гости, ты вот с этими двумя будешь подавать гостям хлеб-соль. Ты будешь стоять в центре и держать пирог, но говорить ничего не будешь, говорить будут они. Поняла? Ни в коем случае не показывай зубы и не открывай рот. Отца премии лишу!
Девушка кивнула, и в течение следующего часа директор занимался репетицией утреннего приёма гостей.

Утром приехали гости. Как только Значительное Лицо вышло из джипа, директор охотхозяйства бросился к нему пожимать руку.
- Какая красота! Свежий воздух! – басом сказало Значительное Лицо.
- Да-да, первозданная природа. Настоящая Русь! – директор тряс головой, как китайский болванчик. – А вот хлеб-соль! Настоящий тверской пирог, старинный рецепт. Прошу откушать!
Трое нарумяненных девиц в сарафанах чуть поклонились Значительному Лицу, и дочь Михалыча протянула ему поднос с пирогом. Значительное Лицо куснуло и улыбнулось.
- Какая девица-красавица! – сказало Значительное Лицо. – Держу пари, она скрывает какую-то тайну. Улыбается как Джоконда.
Дочь Михалыча чуть растянула уголки рта, но, согласно вечерней инструкции, продолжала молчать и не открывать рот.
- Пойдём с нами, тверская Джоконда, покажешь охотничий домик, - Значительное Лицо зашагало по дорожке к своему временному жилищу, за ним пошла дочь Михалыча, а за ней семенил директор.
Когда они добрались до охотничьего домика, Значительное Лицо отослало директора распорядиться насчёт ужина, а само начало смешить девушку, рассказывая ей шутки о своей работе и друзьях.
Дочь Михалыча терпела, терпела, а затем, как это бывает с людьми, которые долго сдерживались, но услышали что-то очень смешное, расхохоталась во весь рот.

Когда директор вернулся, Значительное Лицо мрачно поглядело на него и веско сказало:
- Вам сейчас будет стыдно. Скажите, сколько стоит у вас завалить кабана?
- Пятьдесят тысяч.
- А оленя?
- Восемьдесят пять тысяч.
- А сколько стоит залечить зуб?
- Ну, тысяч пять-десять… - директор густо покраснел.
- Я, конечно, дам этой бедной девушке сто тысяч на лечение зубов, для меня это мелочь. Но, едрить вас налево, неужели нельзя платить егерям столько, чтобы их дочери были похожи на людей, а не экспонаты Кунсткамеры?
Директор замолчал и поднял глаза к потолку.
Значительное Лицо достало из бумажника пачку пятитысячных купюр и передало девушке.
- Спасибо, - слегка шепеляво сказала она и широко улыбнулась.
- Не надо, закрой, - махнуло рукой Значительное Лицо. – Я и так по ночам плохо сплю.

[BlackCherry]

Вот страшивают - вернулись двадцатые, пандемия, депрессия и джаз - куда джаз дели?!
Отвечаем: для джаза негры нужны, а остались одни афроамериканцы.

[BlackCherry]

Полицейским разрешили стрелять на поражение при любой угрозе.
Как мы помним, угрозой для них являются пластиковые стаканчики...

[BlackCherry]

26 апреля сего года, мы будем «отмечать» 34-ю годовщину катастрофы на Чернобыльской АЭС. Я там работал с роботами по ликвидации катастрофы, самая первая роботизированная установка была, это - «тросоход». Когда вертолет, задел за растяжку трубы, перевернулся и упал рядом с реактором, то все летчики погибли, после чего, электронщикам было поручено разработать установку, которая могла передвигаться, по перекинутому через реактор, тросу. Перекидывание осуществлялось военными, при помощи ракет. Если будет интересно, то я об этом подробно напишу.
Сейчас более подробно, я хотел рассказать о следующем:
Во время сооружения саркофага над 4-м блоком, была поставлена задача о запуске третьего блока АЭС. Напомню, 4-й-взорвавшийся блок был технически соединен с 3-м блоком. Было необходимо обрезать все трубы между блоками и все трубы 3-го блока закольцевать на себя. Обрезку труб делали тоже автоматизированные установки.
А после встала проблема – как сварить циркониевые трубы при наличии большого радиоактивного фона? Сварка циркониевых труб осуществляется следующим способом – на иглу из вольфрама подается постоянный ток и струя инертного газа аргона, зажигается электрическая дуга, размером 1,5-1,7мм и эта дуга сваривает циркониевые трубы между собой. Сварка длиться два часа. Я знал только двух сварщиков, которые, в стесненных условиях, могли производить такую сварку. Один – пальцем вел по шву, а второй рукой поддерживал горелку. Второй сварщик, это делал при помощи выносного зеркала. Но, от использования сварщиков отказались сразу, так как сварщики брали дозу в течении получаса. Следовательно, на сварку шва нужно было 4 сварщика. А швов надо было сварить в пределах 2-х тысяч.
Сперва, заказ на разработку сварного робота, поступил в Киев в институт Патона, но там сказали, что им нужно несколько лет на разработку.
Разработкой занялся ПРП БАЭР (Производственное ремонтное предприятие БелоярскАтомЭнергоРемонт), в короткое время роботизированная установка, а потом еще две были готовы. Наши инженеры, это чудо! Они просчитывали шаг планетарного редуктора на бумаге. Без использования калькуляторов и компьютеров, так как, в то время, их просто не было! Когда я регулировал высоту электрической дуги, то инженер смотрел на дугу через затемненное стекло и говорил размер высоты дуги: «Высота 2,5 мм! Сейчас 1,9мм! Сейчас еще на НЕСКОЛЬКО МИКРОН меньше! Сейчас норма, 1.7 мм!»
Дальше, роботизированные установки привезли на 3-й блок атомной станции и они начали сваривать швы. Приносили и устанавливали их туда солдаты, оператор включал программу и они начинали выполнять работу, вместо людей. Когда роботизированные установки перенесли на следующую отметку, то через две минуты они практически сразу вышли из строя. У себя, в сравнительно чистом помещении на 3-м блоке атомной станции, я заменил у них сгоревшие микросхемы, погонял их на всех режимах, но как только их отнесли снова на отметку, то через пару минут они вышли из строя. Так продолжалось несколько раз! Менять микросхемы, для того, чтобы они тут же вышли из строя, смысла больше не имелось. А, это означало срыв задания по запуску 3-го блока! У меня стал исчезать перед глазами весь мир. Сперва, исчезло само помещение, там где, должны быть стены, я видел какие-то светлые линии, вместо людей виделись скопление изогнутых линий. Но, самое интересное, что я видел, как роботизированные установки на отметке выходят из строя! Видел, как у них перегорают микросхемы! Когда я пришел в себя, то я уже знал, что нужно изменить в схемах, чтобы они продолжали без проблем работать. Задание было выполнено, 3-й блок заработал, правда, не надолго. Далее развал Союза, отделение Украины, а все специалисты начали получать копейки и стали не нужны стране, которой больше не стало!
Моим друзьям, советским инженерам, всем ликвидаторам последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, ПОСВЯЩАЕТСЯ!

[BlackCherry]

Согласитесь, Суворовское училище лучше звучит, чем Шойгуевое

[BlackCherry]

Я со своим мужем познакомилась случайно. Мы застряли в лифте. Были в замкнутом помещении почти час. Почему нас так долго не могли вытащить из обычного лифта — до сих пор не понимаю.

Я и заходить в лифт не хотела, потому что боюсь лифтов и небольших замкнутых пространств. Клаустрофоб я!

Минуте на пятой мне стало плохо. Пульс был такой высокий, что каждый удар сердца барабанным боем отдавался в ушах. Мне стало тяжело дышать. Грудная клетка как кузнечные меха расширялись и сжимались. Было очень плохо. Мужчина постелил на пол свою куртку и взял меня за подмышки и посадил на куртку. Я сказала, в чём причина панической атаки. Он повернулся, что-то достал и протянул мне две таблетки. Я их проглотила. Мужчина сказал, что это очень сильное успокоительное и мне через пару минут станет легче.

Мне действительно стало легче. Я продолжала сидеть на полу. Он тоже сел рядом и начал спокойным голосом что-то рассказывать. Я не помню, о чём была речь, но тихий голос ровный голос действовал на меня успокаивающе.

Мы сидели и разговаривали. Когда открылась дверь лифта, я была уже полностью в норме. Мужчина пригласил меня в кафе. И уже в кафе спросила, что это было за такое сильное успокоительное. Хотела купить его на всякий случай, если повторится паника. Он улыбнулся и протянул мне коробочку с мятным тиктаком. Ахаха, мне помогли две мятные конфетки!