[flipper]

писать самому лень да и думать чето тож лень, так что выложу Вам мое сообщение которое я готовил для родительского собрания в школе, когда практику проходили...

Взрослых всегда смущают некоторые трудности объяснимые бурными реакциями детей на, казалось бы, мелкие и вдобавок справедливые замечания и оценки окружающих. Вдруг «ни с того ни с сего» девочка-подросток в ответ на спокойную просьбу учительницы подобрать бумажки вокруг парты начинает грубить, швыряет на пол тетради, а потом просто выбегает из класса… Или на мимолетное замечание отца о том, что математическую задачу можно решить вдвое короче, сын, краснея, раздражается слезами, начинает кричать: «Вас учили по другому, а сейчас так надо делать!»
Такие эмоциональные всплески бывают в тех случаях , когда в самооценке подростка сталкиваются, с одной стороны, очень высокие притязания, а с другой стороны, сильная неуверенность в себе. Такие дети хотят во всем быть первыми, часто даже тогда, когда первенство не имеет никакого значения. Они находят массу внешних, «объективных» причин для оправдания своих реальных или только предполагаемых неудач.
У ребенка вырабатывается неправильное отношение к себе. Искажаются многие его связи с окружающим миром. Он ждет от других людей подвоха, недоброжелательства, хотя для этого, как он сам знает, нет никаких оснований. Всякую – нейтральную, даже заведомо беспроигрышную – ситуацию он склонен воспринимать как угрожающую. Любая ситуация экзамена, проверки компетентности часто труднопереносимая.
В психологии такое явление получило название эффекта неадекватности (что можно было бы заменить на «переживание несоответствия»).
В одном из экспериментов, поставленном для изучения аффекта неадекватности, сравнивались притязания детей на то, чтобы быть сообразительным, с их реальной оценкой их возможностей. Выяснилось, что у всех подростков здесь были высокие притязания. Но когда им предложили пойти на олимпиаду по решению задач на сообразительность (т.е. создали возможность реально проверить себя), лишь немногие захотели участвовать в этом соревновании. Большинство же отказалось, причем психологическая природа этих отказов была различна.
Одни мотивировали свой отказ тем, что они не умеют решать такие задачи. Вторые, напротив, говорили, что решать задачи для них не проблема, но пойти на олимпиаду они не смогут, потому что плохо себя чувствуют или заняты какими-то другими делами. И, наконец, третьи сказали, что охотно пошли бы на олимпиаду, если бы им дали возможность предварительно потренироваться в решении таких задач.( )
Таким образом, у всех детей, которые отказались пойти на олимпиаду, есть разрыв между высоким уровнем притязаний и сравнительно низкой оценкой своих возможностей. Он наблюдается лишь в тех случаях, когда подросток не допускает в сознание тот факт, что его притязания и его оценка своих возможностей не совпадают. Разрыв между ними он не преодолевает, находя любой повод уйти от ситуации, в которой это несоответствие может обнаружиться.
В двух случаях нет конфликта потому, что расхождение между уровнем притязаний и самооценкой осознается подростками. Они лишь находят два разных выхода из этой ситуации: или легко отказываются от высокого уровня притязаний и смиряются с невысокой самооценкой, или стремятся подтянуть свои реальные возможности до желаемого уровня успешности.
Наиболее яркая внешняя примета аффекта неадекватности, по которой вы можете распознать это весьма опасное явление, - неверная реакция на свой неуспех: он не просто игнорируется подростком – он, что поразительно, может даже повышать его самооценку! Вместо реального развития способностей, которые могли бы в другой раз привести к успеху, подросток сочиняет какой-то вымышленный образ самого себя и на этом строит систему психологической защиты. Простой пример: не справившись с задачей, подросток объясняет это нетривиальным (обыденным) подходом к ее решению, который только он, обладая аналитическими способностями, и мог избрать, бросая вызов простому решению, доступному каждому.
Все это тоже следствие ошибок воспитания. И именно в тех семьях, где родители чрезмерно захваливают ребенка, не только не учат его разбираться в своих ошибках, но и сами закрывают на них глаза, находят всевозможные объяснения его промахах и, более того, обвиняют в них учителей, одноклассников, неудачные учебники и т.п. Иногда аффект неадекватности возникает у детей с хорошими способностями, и это особенно обидно: возможности ребенка не выявляются, все его силы, да и родительские тоже, уходят не на подтягивание уровня возможных защитных механизмов, на поиски разного рода «виновников» и «объективных причин» неудачи.
Самооценка подростка во многом является отражением родительских оценок. Лишь на фоне устойчивой, положительной, оптимистической по общему тону, не преувеличивающей и не приуменьшающей отдельных успехов и ошибок ребенка родительской оценки у подростка может выработаться правильное отношение к себе. Иначе они могут вызвать возникновение конфликтной самооценки – и «принудительной скромности», и аффекта неадекватности.
Но попытки непосредственно, прямо перестроить самооценку, «открыть подростку глаза на самого себя». Такие попытки могут привести к тяжелым последствиям, вплоть до нервного срыва; в лучшем случае они не дадут никакого результата.
Таким образом воздействовать на самооценку ребенка, например преодолеть аффект неадекватности, целесообразнее всегда начать с какой-то одной, достаточно узкой задачи, в которой ребенок может добиться реального успеха, который можно было бы точно оценить. Эта задача должна, с одной стороны, быть достаточно значимой для подростка, а с другой, не находиться в центре аффекта. Так, если неудовлетворенные притязания подростка прежде всего связаны с общением со сверстниками, постарайтесь сформировать у него правильную самооценку прежде всего не здесь, но в учении или спорте – там, где он чувствует себя увереннее и где легче выработать у него правильное соотношение между притязаниями и возможностями. Задача в том, чтобы излишне самоуверенный увидел границы своих возможностей, а неуверенный – поверил в свои силы. Впоследствии такой опыт может быть перенесен и на другие стороны жизнедеятельности, на самооценку в целом.
Чрезвычайно важно, чтобы у подростка был интерес к делу. Конфликтная самооценка никогда не возникает у людей, для которых интерес к делу важнее собственных успехов и неудач.