[BlackCherry]

Когда я учился в университете, один из моих соседей по студенческому общежитию имел несчастье на некоторое время впасть в любовь к творчеству Вертинского. Несчастьем это было для нас, соседей, так как своей любовью он бескорыстно и щедро делился с окружающими посредством мощной акустической системы, в результате чего в мозгу моем навечно застряла замечательная строчка "В бананово-лимонном Сингапуре - в бури...". Так что когда лет 20 назад я впервые оказался в Сингапуре, то на экскурсии в тамошнем Ботаническом Садy первым делом попытался было отыскать сии дивные плоды и заглянул в информационный центр. Там сотрудник рассказал мне, что с этим вопросом обращаются почему-то всегда русские и что обычно и лимоны, и бананы именно в сингапурском климате без ухода растут плохо, не выживают: слишком влажно и жарко, плесень и насекомые уничтожают плоды еще до созревания. Xoтя у них в саду есть и те, и другие, но именно потому, что для Сингапура это экзотика (разочарование от такой новости было с лихвой скомпенсировано наслаждением от пребывания в знаменитом орхидейном центре). За ужином я поделился удивлением с коллегой - профессором местного технического университета, русским по происxождению. Тот улыбнулся: "Не ты первый, не ты последний, многие знакомые русские задают этот вопрос: почему Вертинский написал именно такую строчку? На мой взгляд, вариантов два. Первый - простой: написано от фонаря, ради красивой рифмы, типа, плодовая экзотика - она вся из тех краев. Такое возможно, но сомнительно хотя бы потому, что уж лимоны-то в те времена экзотикой были разве что в Сибири, но уж никак не во Франции и не для Вертинского. Он был человеком начитанным, профессионалом слова, писал злободневные тексты, выступал в Европе перед образованными людьми, космополитами, и просто так сочинять откровенную чушь вряд ли стал бы. А вот второй вариант - интереснее. Сингапур, будучи британской колонией, с давних времен отличался энглизированностью местных жителей, получивших прозвище "бананы" - желтые снаружи, белые внутри - которое широко употребляется и поныне в отношении вестернизированных людей с азиатскими корнями, хотя осуждается как проявление бытового расизма. А "лимонники" - это прозвище британцев американцами, ставшее модным в мире после первой мировой войны. И то, и другое Вертинский вполне мог услышать в тех кругах, в которых тогда вращался - и получился своеобразный каламбур, емкое и едкое описание населения Сингапура, вполне понятное тогдашней аудитории исполнителя."