[TittleTattle]

Катышки
Ангелина Гусман
Пятилетняя Сонечка тихо сопела в углу, изо всех сил сдерживая слёзы и с нетерпением ожидая, когда ж, наконец, откроется дверь в группу детского сада, и покажется её мама. В маленькой потной ладошке она сжимала кусочки малиновой шерсти - катышки с Наташкиной кофты.
Наташка была вредина и исподтишка отделяла эти катышки со своего свитерка, и разбрасывала их по всей группе. Надо сказать, что Наташка эта была любимицей воспитательницы Марины Ивановны, и все проделки и шалости ей всегда сходили с рук. Беда состояла в том, что цвет свитерочков Сони и Наташки был почти одинаков. И сегодня Соне попало за все проделки Наташи. Всё бы ничего, Сонечка привыкла всегда отвечать за свои поступки, благо она редко нарушала общепринятые правила. Сонечка не так бы и обиделась, если бы даже её и поставили в угол вместо этой противной Наташки. Но, более всего, Сонечку до глубины души задело то, что рассерженная Марина Ивановна заставила собрать все разбросанные по группе комочки шерсти и все, все до единого, в порыве гнева засунула их Соне за шиворот.
Катышки противно щекотали спинку, Соне казалось, что по её спине ползают червяки. Это было мерзкое и противное ощущение…. Сонечка знала, что это катышки, а не червяки, но ничего не могла с собой поделать. Когда она, наконец, выудила их из-под платьица, дышать стало легче, но ощущение зуда осталось, и спинку то и дело хотелось почесать. Смешанные чувства владели девочкой: безумно было обидно, чесалась спина, хотелось разрыдаться, очень хотелось, чтоб поскорее пришла мама. В потной ладошке лежали злополучные шерстинки, и Соня точно знала и видела то, чего в порыве гнева не смогла разглядеть Марина Ивановна: цвет этой шерсти, вернее, даже не цвет, а оттенок был совершенно другим, он отличался, пусть немного, но отличался от цвета Сонечкиного свитера. И малышка была удивлена, как Марина Ивановна не смогла этого разглядеть. Зуд в спине и вот это удивление и не давали Сонечке громко и от души разреветься.
И вот… открылась дверь. В проёме двери Соня увидела маму, но девочка, сделав один шаг навстречу, остановилась, силы оставили её. Мужественная Сонечка стояла, как вкопанная, сжимая в кулачке ненавистные катышки.
-Доченька, здравствуй! Что ж ты стоишь? Иди ко мне! - мама протянула к Соне руки. Но, видя, что дочка продолжает стоять, сама подошла к ней, опустилась перед ней на корточки и увидела дочкины глаза, в которых были непролитые слёзы.
Глаза в глаза. Мамины глаза с тревогой и участием смотрели в Сонечкины. Глаза в глаза. Сонечкины глаза смотрели в мамины. Казалось, наступила тишина, и весь детсадовский гомон затих. И в детских глазах была такая боль, что мама, молча, обняла дочь.
Марина Ивановна куда-то ушла, нянечка гремела горшками в туалете. Спросить было не с кого. В раздевалке пара родителей одевала своих детей. Катя взяла дочку на руки, на руках отнесла её в раздевалку, молча одела девочку. Трудно было одеть дочку в курточку, сжатый кулачок никак не пролезал в рукав, пришлось расстегнуть кнопку. Катя машинально отметила этот факт про себя и решила, что поговорит с дочкой на улице. Почему-то из помещения детского сада очень хотелось убежать, и, как можно, быстрее.
Крикнув в приоткрытую дверь нянечке, что она забрала Сонечку, Катя поспешила с дочкой на улицу.
На улице было солнышко, оно ещё грело, это сентябрьское солнышко, и на улице было легче.
- Ну-с, моя дорогая Софья Андреевна, - произнесла Катя, - что случилось? Рассказывай… Мешала сумка, было тяжело, но Катя нагнулась, снова взяла дочку на руки. Соня обвила ручонками Катину шею, уткнулась носом в Катю и затихла, вдыхая родной мамин запах. И, лишь спустя минуту, разжала кулачок и, молча, показала маме.
- Что это? - не понимая, спросила Катя.
-Катышки - Соня впервые выговорила букву "ш".
- Зачем они тебе?
- Мама, посмотри, они другие? - девочка прижала их к вороту видневшегося из-под куртки свитера.
Катя присмотрелась: " Ты знаешь, очень похожи, но другие, ты, доченька, видишь эту разницу?" спросила потрясённая мать.
И Сонечка, мигом поняв, что мама видит, видит, что это другой оттенок, а, значит, мама поймёт, что она, Сонечка, ни в чём не виновата, от души, всласть, в голос разревелась.
Растерянная Катя не знала, чем утешить дочь. Благодаря обрывкам фраз, перемежающихся с бурными рыданиями, женщине удалось понять суть дела. Так они прошли половину пути до дома. По дороге попался новый книжный магазин, его только что открыли. И Катя с притихшей дочкой, с тяжёлой сумкой оказалась внутри.
И только возле витрины с красками Кате удалось расшевелить Соню.
- А давай мы с тобой найдем похожие краски? Посмотри, вот эта похожа? А эта? А этот оттенок не тот?- И Сонечка начала с упоением разглядывать коробочки с красками. Слёзы высохли, потные катышки из Сониной ладошки, наконец-то, перекочевали в мамин карман.
И дома, вечером, для маленькой девочки мир окрасился в привычные краски. Вернулось ощущение покоя и надёжности. Мама была рядом, папа вернулся с работы, мягко пожурил жену за сотую, наверное, коробочку красок, мама, улыбаясь, звонила по телефону подруге, искала для Сонечки учителя рисования.
И Соня твёрдо решила, что, когда она вырастет, обязательно станет художником, ведь не все видят оттенки красок, многие видят просто цвет. А цвет он такой сложный, такой разный, такой переменчивый! Сонечка добавила воды в краску и с кисточкой в руке счастливо разулыбалась…