[Дафна]

На бульваре Сен - Жермен всегда было много голубей, воздуха и тишины. Тишина была такой ощутимой, и так гармонировала с множеством побочных звуков, что создавалось неповторимое ощущение волшебства и чуда, просто-таки витавших в воздухе.
Кроме того, Сен- Жермен был необычным бульваром. В сезон жареных каштанов, манной снежной каши, серебрянных дождей и тополиного пуха - словом, всегда, тут работали два мима.
В тельняшках и черных трико, они были, тем не мене, противоположностями друг друга.
Девушка носила кораловые ботинки и по четным дням на ней была нарисована грустная улыбка. Вот такая (. А юноша носил бирюзовые ботинки и по четным дням на енм была нарисована веселая улыбка. Вот такая ).
По в мае они танцевали полонез, в сентябре - фокстрот, в августе - вальс, в ноябре отвибавли чечетку, а зимой водили хороводы вокруг прохожих. Всегда в одно и тоже время - 12 дня и 7 вечера - две фигуры кружились под шарманку или губную гормошку.
И никто, кроме них, да художницы - чешки Южанки не знал, что за двумя нарисованными лицами скрываются небезыствестные в Париже личности...

Но сегодня дуэт был односторонним. Злодей сидел на лавочке и смотрел на нервно смолящую одну за одной Бабочку.

- Ну, может...
- Не может. Все сказано и решено, и помочь ничем невозможно и я больше не хочу все этого обсуждать.
- Да если есть возможности...
- Возможностей нет, Зло, и ты это знаешь не хуже меня. Если мне придется уехать, то не факт, что я вернусь, не факт, что мне вообще позволят...

На глаза наворачивались слезы, но "девченки не плачут" и Ба быстро справилась. С отвращением затушив сигарету о первую полосу "Actualité parisienne" она, поджав губы, еще раз пробежала глазами по своей фотографии без грима, мерзкому заголовку и внизу - имени автора.
Фил. Чертов биржевой игрок, пишущий, ко всему прочему в эту бульварную желтую газетенку. Глаза нехорошо сузились...

- Ну, отлично. Сейчас мы посмотрим кто кого, - с этими словами девушка соскочила со спинки лавочки и практические побежала в сторону улицы имени Дилье, в конце которой находилась редакция "Парижских новостей", - встретимся вечером, Зло!

- Дай Бог, - прошептал Злодей и уныло подумал, что это первый случай за 4 года, когда прохожие не увидят тоскливого дождливого танца. Танца двух одиночеств.
Вздохнув, юноша побрел домой. Нужно смысть грим, переодеться и... сегодня будет сложные день. И не менее сложный вечер.